Часть 5. Образ будущего в зеркале заднего вида
Итак, посмотрим, что можно извлечь из этой глоссы
А. Дюма. Три мушкетера
С головой, повернутой назад
Как европейское поставить в параллельС национальным — странно что-то. А.С. Грибоедов. Горе от ума У Александра Кушнера есть давнее стихотворение, героем которого является человечек, изображенный на античной вазе. «Он высоко ноги поднимает и вперед стремительно летит, но как будто что-то вспоминает и назад, как в прошлое, глядит». Когда я стал размышлять на темы содержания образования,
Своим умом
Сегодня никто не сомневается, что система образования находится в кризисном состоянии. А когда наступает кризис, общество поневоле задумывается о том, стоит ли мыслить традиционно или нужны кардинальные реформы. В этой ситуации вопрос о пересмотре неизменного прежде ядра образовательных программ встает в ряд дискуссионных. Какие акценты должны быть расставлены в образовательной системе, какие приоритеты выбраны?
Немного социологии
Во времена господства классового подхода наше поколение учили, что нельзя «быть свободным от общества». Но ведь общество неоднородно, оно состоит из отдельных людей. А от чего зависит социальное поведение того или иного человека? Человек ведет себя так, как ему свойственно. Просто он таков, каким сформировался. Это если объяснять на бытовом уровне. А в социологии для этого есть особый термин — «габитус». Это понятие, предложенное французским философом второй половины XX века Шарлем Бурдье, характеризует, говоря научным языком, «систему прочных приобретенных предрасположенностей». Не только в рутинных обстоятельствах, но и в неожиданных ситуациях человек ведет себя в соответствии с габитусом.
Образование для полных чайников
Управление образованием не может пониматься как механическое тиражирование выпускников, соответствующих одной-единственной модели. Такое еще в какой-то степени было допустимо в индустриальную эпоху. Современное общество слишком сложно устроено, чтобы можно было рассчитывать, что скроенные по единым лекалам выпускники сумеют справиться с множеством разнообразных вызовов. Значит, квалификационные требования к выпускникам должны учитывать это разнообразие. Общественный прогресс при всех своих достижениях пока еще не научил обходиться без большого спектра различных профессий. Нельзя ограничиваться подготовкой «квалифицированных потребителей» — рынок труда требует кадров для самых разных массовых специальностей: интеллектуальных и рутинных, творческих и требующих дисциплины, ответственных и не очень. И среди этих рутинных, например, много массовых, которые должны быть обеспечены не за счет «одиночек», закрывающих ту или иную вакансию, а за счет целенаправленной подготовки и профориентации.
Знайка в Солнечном городе
Среди образовательных новаций, привнесенных нынешней школьной реформой, есть и новый учебный предмет, который предписано изучать в начальной школе. Он называется «Окружающий мир» и представляет собой набор сведений о природе и социальном устройстве, которые призваны сформировать у детей картину действительности. В общей волне критики новой образовательной политики этому нововведению не уделяется, как правило, особого внимания. Обычно оппоненты довольствуются презрительными отзывами о невнятности содержания. Наполнение действительно довольно невнятное, как и любое предметное содержание в начальной школе. Похоже, что за основу взяли отвергнутое по каким-то причинам природоведение и добавили немного сведений из мира общественного. Наверное, имелось в виду, что в процессе изучения этого предмета у школьников должен формироваться кругозор.
Образовательная область «романтика труда»
Работа отгоняет от нас три великих зла:скуку, порок и нужду. Вольтер. Кандид, или Оптимизм Если следовать идее разноуровневого обучения, то, помимо чисто административных препятствий, главной проблемой станет необходимость соответствующего пересмотра содержания образования. Потребуется целая линейка учебных программ разного уровня и назначения. Чем занять сильных? Как помочь не отстать слабым? От нынешней парадигмы, которая имеет целью
«Профессия»
В школе я не любил писать сочинения. Не потому, что было противно пересказывать чьи-то критические статьи. От нас этого вовсе не требовали. Вполне допускались и собственные дилетантские упражнения в жанре литературоведения. Просто я всегда испытывал некоторую неловкость от необходимости письменно рассуждать на придуманную кем-то тему. Несколько изменил мое отношение к школьному сочинению преподававший нам в «тридцатке» знаменитый словесник Г.Н. Ионин. Его педагогический прием был весьма прост: он разрешал нам придумывать свои темы. Несколько вариантов предлагались, как обычно, на выбор, а те, кто хотел чего-то иного, могли придумать свои ракурсы. Надо было только заранее согласовать формулировку темы с учителем.
Ученье — свет. В конце туннеля…
Когда я начинал писать эти записки, у меня не существовало какого-то внятного плана, готовых ответов. Было только интуитивное ощущение, что надо «ввязаться в драку»… Каждый новый фрагмент появлялся стихийно, как следствие из уже написанного. Я доверился дороге, которая сама выведет к цели. Пора подвести итог. Куда завела меня логика рассуждений? Сложились ли пестрые заметки в единую картину? И главное, есть ли во всем этом что-то конструктивное? Можно ли усмотреть какие-то практические рецепты от имеющихся многочисленных — с этим никто не спорит — недугов? Ну, не готовые рецепты, а хотя бы идеи… Знаю ли я теперь, что и как нужно делать? Мне кажется, что да — до некоторой степени… Не стоит судить только по этим эссе, многое можно изложить и обосновать в более строгой манере.