Часть 4. Золотой класс
Как уже всем известно, Незнайка после путешествия
значительно поумнел… и уже даже хотел начать
изучать физику, которую в шутку называл физикой-мизикой,
но как раз тут ему почему-то расхотелось учиться.
Это часто случается в стране коротышек.Н.Н. Носов. Незнайка в Солнечном городе
До физики Краевича
Чего только не происходило с российской школой за эти четверть века! Каких только реформ и улучшений не производилось! Даже перечислить трудно, не говоря уже — понять логику каждого. Но самой загадочной из новаций (сейчас уже давно забытой) была, как мне кажется, нумерация классов с разрывом между третьим и пятым. Взрослым это как-то объяснили, а детям много вопросов задавать не положено. Вот решили упразднить четвертый класс и «быть по сему».
Незваный ФГОС
Хочу напомнить, что истории про Винни-Пуха начинаются с того, что Кристофер Робин спускается по лестнице, держа мишку за ногу. А тот думает, что есть, вероятно, какой-то правильный способ сходить по ступеням, не пересчитывая их головой. Он даже предполагает, что мог бы найти решение, но для этого надо как раз перестать «бумкать» и сосредоточиться. Но пока его тянут за ногу, сосредоточиться-то и не получается. А хорошо было бы перестать по поводу и без повода стучать головой по ступеням и вместо этого всерьез задуматься о стратегии развития школьного образования в стране.
После первого звонка
«Не приведи Бог служить по ученой части!» — говорил в «Ревизоре» Лука Лукич Хлопов, смотритель учебных заведений. И пояснял: «… всякий мешается, всякому хочется показать, что он тоже умный человек». Тут, конечно, важно не увлекаться и не пытаться
показать, что «самый умный», — этого у нас не любят.
Я себя самым умным не считаю, поэтому очень далек от подозрений, что стратегия образовательных реформ основана на каком-то недомыслии. Уверен, эта концепция заслуживает самого внимательного изучения — даже несмотря на то, что ее практическая реализация могла существенно дискредитировать принципиальные положения реформы.
Уроки и перемены
Из начальной школы дорога ведет в основную. Эта ступень охватывает период взросления — от пятого класса, когда учеников перестают считать малышами, до девятого, когда они уже должны быть готовы к почти взрослой жизни в старших классах. Раньше этот уровень называли неполным средним образованием. Теперь такого нет, основная школа приводит лишь к промежуточному финишу на многолетнем пути школьника. И для этой промежуточной ступени, конечно же, тоже написан свой стандарт — основного общего образования. Реформа была так спланирована, что школьники, которые начали свою учебу в первом классе по ФГОС НОО, к пятому классу оказались первопроходцами, следующими по маршрутному листу ФГОС ООО. Выглядит вполне резонно: ведь стандарты, конечно же, основаны на едином подходе к целям образования. Те, кто начинал учиться по компетентностной модели, должны продолжать учиться «по-новому» и на следующей ступени. На практике, к сожалению, все выходит не совсем так.
Образовательные прогулки с полной выкладкой
Представим себе, что мы вышли погулять с детьми по парку. Погода хорошая, дети рады прогулке, никто никуда не торопится. Как будем проводить время? Как получится… Подойдем с детьми к плану парка, попробуем разобраться, где что находится. Потом пойдем, глядя по сторонам, чтобы не упустить что-то интересное. По дороге можно рассказывать об истории парка — этого парка или вообще парков. Увидим белку — остановимся, посмотрим, как она прыгает с ветки на ветку. Если удастся, сфотографируем. А потом поговорим о том, где живут белки, чем питаются, как удерживаются на деревьях, чтобы не упасть. Услышим дятла — остановимся, поищем его глазами, постараемся рассмотреть. Здесь можно будет рассказать, как он лечит деревья и что может случиться, если птицы не справятся с насекомыми.
Кому-то из детей захотелось подойти к пруду — подошли. И здесь найдется, о чем рассказать. Но не все же слушать рассказы взрослых. Если есть с собой альбомы, можно остановиться и порисовать. А можно найти поляну и поиграть. Можно устроить поединок рыцарей, если таковые найдутся среди гуляющих детей. Все получают удовольствие, прогулка идет как бы сама собой. Полная гармония!
Не хочу все знать
Если смотреть на процесс обучения как на сотрудничество между взрослым и ребенком, а не как на программу развития, навязываемую сверху по праву сильного, то неизбежно должен возникнуть вопрос: каковы мотивы обучаемого, к каким целям он стремится? В младшем возрасте большое значение имеют такие стимулы, как естественная любознательность, подражание старшим, стремление к коммуникациям. Но наступает возраст, когда интеллект обучаемого развивается до такой степени, что ребенок начинает (хотя бы внутренне, без внешних проявлений) задумываться о том, с какой целью он должен учиться. Вопрос «зачем?» часто возникает в тот момент, когда обучение перестает быть легким. Если от ребенка требуется прилагать определенные усилия, то подсознательно возникает вопрос о целесообразности преодоления трудностей. Ради чего нужно запоминать, тренироваться, отвечать на вопросы старших, ограничивать себя? Появление подобных вопросов — признак взросления, некой интеллектуальной готовности задать вопрос наставнику и, услышав ответ, оценить его убедительность.
Американская мечта
В первой части моих записок я постарался, опираясь на свой профессиональный опыт в области методов и технических средств управления, проиллюстрировать разные подходы к выстраиванию образовательной политики. И среди других возможных конструкций я описал так называемую следящую систему. Мы смотрим на выбранный внешний объект и следуем за его траекторией. В военной технике этот внешний объект может быть целью в прямом смысле этого слова. Но в более широком контексте слово «цель» часто приобретает другой смысл. Слежение за внешним объектом и следование образцу — основа догоняющего развития. Не самая лучшая стратегия, что говорить, но часто применяемая на практике.
Математическое обеспечение
Боюсь, что идею общей междисциплинарной платформы для интеграции наук и инженерных приложений не одобрят многие мои сверстники, привыкшие к мысли, что фундамент научно-технического обучения — это обязательно математика. Мне самому немного страшно вести об этом разговор, но надо, по крайней мере, убедиться, что привычное доминирование математики в обучении оправдано требованиями сегодняшнего дня. Должны же быть какие-то аргументы, кроме бесконечных ссылок на знаменитое высказывание Ломоносова. К тому же, как выпускник математической школы, я отчетливо понимаю, что в этой формулировке вовсе не утверждается, что такой целительный эффект дает только математика. Условие достаточное, но не необходимое… Нельзя исключить, что существуют и другие способы наведения порядка — «в уму».
Наука, одетая в гранит
Полвека назад под лозунгами научно-технической революции была предпринята попытка реформировать массовую школу, уйти от формальной зубрежки и привнести в нее модельный стиль мышления. Началось все с акцента на математику. Этому в значительной степени способствовали усилия многих выдающихся ученых — достаточно назвать, скажем, академиков А.Н. Колмогорова и И.М. Гельфанда, с именами которых связаны такие педагогические новации, как специализированный интернат при МГУ и заочная математическая школа. Но пересмотр педагогической концепции не ограничился математикой. Само по себе психологическое ощущение значимости научного знания способствовало осознанию важности модельного мышления для подготовки будущих специалистов. К тому же политическая обстановка в середине 1960-х годов, когда шел пересмотр содержания школьных учебников, еще не закрыла «окно возможностей» для изменения духа образования. Хотя «оттепель» давно закончилась, усталость от жесткого идеологического диктата все же порождала стремление к освобождению от догматического мышления — в самых разных его проявлениях. Так основы научного знания стали одним из приоритетов для системы общего образования.
Пролегомены науки и научные демонстрации
«Взять бы этого Канта…». Ну, дальше вы знаете… Боюсь, для большинства знакомство с Кантом и ограничивается представлением о том, что он «что-то нескладное придумал». Любопытно, что и сам философ понимал, что его основной труд будет недоступен для понимания читателей. Это его настолько беспокоило, что он решил предпослать «Критике чистого разума» особое сочинение. В названии этого вступления в тему Кант использовал греческое слово «пролегомены», то есть буквально «предисловие», «введение». Красивое слово! Где-то я его уже слышал…
Городки и керлинг
Когда-то нашу страну называли самой читающей. Теперь над этим принято смеяться, но мне кажется, что для большинства образованных людей «советской выучки» чтение было важнейшим элементом формирования психологических стереотипов. Многие, как и я, любят иллюстрировать свои рассуждения примерами из прочитанного. Чаще всего, из художественной литературы. Иногда эти литературные иллюстрации становятся популярными клише…
Вторая попытка
Сегодня, в эпоху разнообразных кризисов, одним из модных терминов является «точка бифуркации», то есть важная развилка на историческом пути. Такую точку бифуркации отечественное образование прошло примерно полвека назад, когда была сделана попытка кардинальным образом изменить отношение к преподаванию научных дисциплин. Инициатива принадлежала группе выдающихся ученых во главе с академиками А.И. Бергом и В.М. Глушковым. Они предложили ввести в школьное образование элементы «новой фундаментальной отрасли научного знания, связанной с информационными основами процессов управления, — кибернетики». Для всех, кому известны хотя бы понаслышке имена этих выдающихся ученых, очевидно, что содержание новой дисциплины должно было включать самый широкий спектр тем — от автоматического управления до основ вычислительной техники.