Мироздание, стоящее на трех паттернах
Земля покоится на шести слонах,
а те стоят на огромной черепахе.
Вот как устроен мир, о учитель!Л.И. Лагин. Старик Хоттабыч
Многообразие интеллектуальных задач, с которыми сталкивается человечество в процессе познания законов окружающего мира, предполагает, что для их решения требуются различные методы познания и формы мышления. Другими словами, обществу требуются люди с разным типом интеллекта. И применительно к отдельному человеку можно уверенно сказать, что чем разнообразнее сформированные ментальные конструкции, чем сложнее его паттерн, тем значительнее результат полученного образования. Важно только, чтобы когнитивное развитие молодого человека соответствовало потребностям современного общества или, по крайней мере, не слишком отставало от них.
Но все-таки как разобраться, чем отличается, например, мышление биолога от мышления экономиста? Очевидно, что существующих в различных сферах человеческой деятельности наборов профессиональных паттернов слишком много, чтобы можно было обойтись без их классификации. А чтобы подойти к решению этой сложной задачи, стоит сначала попытаться выявить типологию простейших, «элементарных» паттернов, которые с самого раннего возраста постепенно складываются из базовых понятий, законов, процедур, усваиваемых в процессе обучения (воспитания, тренинга).
На какой основе формируются первые простейшие паттерны? Это происходит по-разному, в зависимости от «программы развития», с которой сталкивается ребенок. Есть стереотипы, формируемые подражанием авторитетным в глазах ребенка людям. Школа в минимальной степени использует этот подход, так как образцы для подражания, как правило, существуют вне образовательной системы и являются, в некотором смысле, конкурентами для педагогов. Часто школа даже старается подавить эти поведенческие стереотипы, так как они не вписываются в заведенный в образовательном учреждении порядок.
Во многих случаях используется обучение, основанное на вере. Это, конечно, не обязательно религиозные догматы. Любые положения, которые полагается принимать не только без доказательства, но даже без критического анализа, — это основа для формирования «догматических» паттернов. Можно привести различные примеры: этика, этикет, гигиена, основы безопасности. Основные причины выбора такого стиля обучения и воспитания — желание избежать «неудобных» вопросов, боязнь породить сомнения в правильности «догматов». Часто это оправданно: в момент опасности не время задумываться о правильности полученных рекомендаций, им нужно следовать на уровне рефлексов. Нет также особого смысла вдаваться, скажем, в анализ общепринятых норм поведения, которые оттачивались поколениями. Так что сам по себе догматический подход вполне имеет право на существование в обучении и воспитании. Опасность заключается в том, что опора на догмы может стать единственным и универсальным методом преподавания и, соответственно, восприятия информации ребенком. Догматическое сознание не порождает ни стремления к исследованию, ни творческой самостоятельности, поэтому важно ограничить сферу проявления подобных паттернов, не позволяя им полностью сформировать личность и заблокировать программу развития интеллектуальных способностей школьника. Если этого не сделать, он рискует остаться на интеллектуальном уровне одного героя платоновского «Чевенгура», у которого
«… в сознание ничего не превращалось. Вместо ума он жил чувством доверчивого уважения».
На догматические паттерны опираются способы действия, которые можно назвать инструктивными. Помимо собственно инструктивных утверждений, фиксируется еще и набор инструментальных или технологических приемов для реализации какой-либо деятельности, основанной на определенных постулатах (тех же догмах). К этому типу можно отнести многие формальные учебные навыки: выполнение арифметических действий, грамотное и аккуратное переписывание заданного текста, выполнение технологических операций разного типа с использованием необходимых инструментов. На создание соответствующих паттернов нацелено репродуктивное обучение: учащиеся должны запомнить инструктивную информацию, воспроизвести ее и — для закрепления — выполнить необходимые действия в соответствии с инструкцией.
Еще одной надстройкой над догматическим паттерном является способ развития, основанный на заучивании. В этой логике считается полезным усваивать и хранить в памяти значительные массивы информации. Информация может быть мультимедийной: не только тексты, но и образы, цифры, звукозаписи и пр. Например, многие родители поощряют детский интерес к запоминанию табличных сведений о различных странах. Ребенок может безошибочно назвать не только континент, где находится какая-либо страна, но и ее столицу, узнает государственный флаг, а иногда и герб. Считается, что запоминание упорядоченной информации развивает память как важный инструмент познания. Во всяком случае, у многих детей появляется навык заучивания стихотворных текстов, определений, правил, инструкций и других формулировок, «выделенных жирным шрифтом». Хуже обстоит дело с запоминанием образов или музыкальных тем, но это связано с традиционным доминированием вербального преподавания.
Более сложными, чем догматические, являются паттерны, которые можно назвать модельными. Здесь в качестве фундамента, на котором строится мышление, используется формальная модельная конструкция, выстроенная по определенным правилам. В сущности, постулаты, на которых строится модель, тоже являются догмами, критическое отношение к которым считается неуместным. Отличие от системы догматов заключается в том, что модель непременно должна обладать некой внутренней логикой развития, которая становится столь же важным элементом паттерна, как и исходные постулаты. Предполагается, что эта логика может быть осознана обучаемым, и в дальнейшем именно она будет использоваться для построения и обоснования суждений и умозаключений. Логика модели обеспечивает возможность экстраполяции ее ключевых принципов за пределы исходных построений, непосредственно основанных на постулатах.
Модельный паттерн обеспечивает возможность проверки истинности утверждений, полученных путем собственных умозаключений, и тем объективизирует мыслительный процесс — в рамках применимости модели. Способность выучить таблицу умножения и производить вычисления с ее помощью является примером догматического типа. Однако сама таблица ограничивает возможность проведения операций одноразрядными числами (цифрами). Распространение правил умножения на произвольные числа дает умение производить вычисления за рамками сотни. Казалось бы, какая разница, если есть инструкция, как умножать числа столбиком. Тот же догматический паттерн. Мне кажется, не совсем так. Никто ведь не требует выучить наизусть, каков результат умножения девятнадцати на сорок три. Есть догматическая основа — таблица умножения, и есть логика ее расширения. Проверка истинности результата основывается не на запоминании, а на умении произвести вычисления, пользуясь логикой модели. И если вдруг учитель скажет, что полученный учеником результат отличается от приведенного в учебнике, есть возможность убедить его, что там вкралась опечатка. Все-таки правильный результат достигается умножением, а не знанием «высшей истины». Строго говоря, и саму таблицу умножения можно было бы проверить, но делать это обычно не стремятся. Лучше просто запомнить, заучить, вызубрить. Другой пример — проведение вычислений или логических преобразований в двоичной системе. Здесь догмы еще проще, а вот привыкнуть к операциям с числами, состоящими из нулей и единиц, — значит постичь логику модели и научиться основывать на ней практические действия.
Модели характерны вовсе не только для математики. Модельное мышление формируется, например, при изучении правил грамматики. Любой педагог, да и ребенок тоже, прекрасно понимают разницу между умением запомнить правило и умением его применять в собственной письменной речи. Никто не пытается выучить «на память», как спрягается каждый отдельный глагол. Достаточно знать, что в русском языке есть два спряжения, и усвоить признаки, по которым конкретное слово относится к тому или иному спряжению. Не знаешь, как писать слово, — выясни, к какому спряжению оно относится и какие окончания у глаголов этого спряжения в той или иной форме, — тогда получишь правильный ответ. Типичное модельное рассуждение. А вот многочисленные исключения должны запоминаться — это признак догматического способа восприятия учебной информации.
На базе модельного паттерна также формируется технологическая надстройка. Исходная модель может предлагаться как набор элементов (объектов, соединительных элементов, инструментов, заготовок), из которых создаются сложные конструкции. Конструктор ЛЕГО становится примером такой модели, если мы не ограничиваемся сбором конструкций по готовым чертежам, а даем свободу творческой фантазии. Вообще, модельный паттерн на инструментальном (технологическом) уровне подразумевает не только умение действовать по инструкции, но и способность самому создать себе инструкцию в рамках используемой модели.
А вот информационная надстройка над модельным паттерном не столь значительна, как в случае догматического подхода. Ведь обучаемому важнее осознать логику модели, чем запомнить конкретные информационные объекты. Поэтому при работе с моделью требует- ся меньше зубрить, а больше — понимать. Академик И.М. Гельфанд, создатель знаменитой заочной математической школы, формулировал свое наставление ученикам так:
«не запомнить, а усвоить, то есть понять настолько, чтобы сам мог объяснить».
Глаголева Е.Г. Дело Гельфанда вчера и сегодня // Независимая газета, 24 декабря 2014 г.
Для формирования модельного паттерна уже недостаточно репродуктивного обучения, нужно включать учебные активности, стимулирующие творческую работу с моделью — в пределах ее логических и технологических рамок. В догматическом обучении контроль осуществляется за счет зеркального отражения учебной информации — от ученика к учителю. Модельный паттерн проверяется, скорее, путем передачи усвоенного материала дальше по цепочке — от ученика к другому ученику. Нужно уметь передать свое знание тому, кто не знаком с изучаемой моделью. Поначалу это сложнее, зато опора на модели позволяет обучаемому расширить круг решаемых задач и добиться результатов, не достижимых при обучении, нацеленном на догматическое мышление.
Чем богаче арсенал приемов модельного мышления, тем лучше человек подготовлен к решению разнообразных проблем, возникающих в производственной, общественной или бытовой сфере.
Однако окружающий мир слишком многообразен, чтобы мы могли считать, что его сложность покрывается набором известных моделей. И в естествознании, и в социальной сфере многое еще предстоит узнать, систематизировать, объяснить. Поэтому в разных областях знания оказываются востребованными паттерны, которые не основаны на заранее известных моделях. Их можно условно назвать поисковыми или методологическими, так как они опираются не столько на имеющуюся сумму знаний, сколько на методы исследования, характерные для той или иной области. Друг от друга методологические паттерны могут отличаться весьма кардинально. В любой сфере процесс познания требует умения описывать наблюдаемые объекты и явления, ставить эксперименты, устанавливать сходства и различия и т.д. Но в каких-то областях знаний важнейшую роль играет систематизация собранных данных, в других — способность к формулированию гипотез и постановка подтверждающего эксперимента. Соответственно, на первый план выходит или умение анализировать уже имеющуюся информацию, или способность собирать новые сведения, активно влияя на объект изучения.
Процесс познания цикличен, накопление частных достижений приводит в разных областях к появлению новых моделей, адекватность которых готово подтвердить профессиональное сообщество. Тогда в соответствующей области знаний возникает потребность в модельном паттерне, благодаря которому создаются приложения, базирующиеся на вновь созданной модели. Но в сферах, где требуемой модели не выявлено, для достижения цели нужны специалисты, обладающие другим типом интеллекта — поисковым паттерном. Именно они проводят исследования, высказывают гипотезы, ищут им подтверждения или опровержения.
А откуда же возьмутся исследователи, открывающие новые горизонты, если система образования не будет формировать соответствующие паттерны? Обществу ведь постоянно требуются более совершенные материалы, технологии, алгоритмы, методы управления. Может ли быть создана питательная среда для появления людей, способных не только развивать имеющиеся представления об окружающем мире, но и генерировать новые? Способна ли школа заметить и развить задатки к исследовательской деятельности? Сейчас она просто не знает, как это делается. Да вроде и не требуется… На зарплату учителей это, во всяком случае, не влияет.